ОЧЕРК И ПУБЛИЦИСТИКА
АЛЕКСАНДР СЕВАСТЬЯНОВ
ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА В СВЕТЕ ЭТНОПОЛИТИКИ
Неочевидные аспекты Великой Отечественной войны
Чем дальше от нас дата Великой Победы 9 мая 1945 года, тем яснее становится, как много ещё неизученного и непонятого представляет из себя Вторая мировая (и, соответственно, Великая Отечественная) война. Как много в её истории страниц тёмных, неясных и даже затабуированных мировым общественным мнением и влиятельными политическими силами. На некоторые из этих страниц в последние годы начали проливать свет историки, в том числе российские. Однако ряд аспектов истории ВОВ по-прежнему пребывает в разряде неочевидных, хотя и критически важных. О них и поговорим с точки зрения новой, нарождающейся в России науки — этнополитики.
1. Этнический характер Второй мировой войны
Среди неочевидных аспектов Второй мировой войны на первом месте стоит её этнический характер, о чём либо не говорят вовсе, либо ограничиваются указанием на немецко-еврейское противостояние, на пресловутый Холокост. В то время как на самом деле этнический характер войны проявился двояко: как немецко-еврейское и как германо-славянское противостояние. Первое исследовано весьма подробно. О втором говорить не принято вообще, хотя его очевидность бросается в глаза.
Между тем, нельзя упускать из виду, что германо-славянское противостояние насчитывает примерно полторы тысячи лет, оно началось в век готского нашествия орд Германариха и продолжалось впоследствии в виде перманентного движения “Дранг нах остен” (“Натиск на восток”), в ходе которого ряд славянских племён был уничтожен вовсе (пруссы, поморяне, лютичи, бодричи идр.), другие оказались порабощены или иначе подчинены германцам (чехи, словаки, лужицкие сорбы идр.), а многие славянские территории вошли в состав Германии и сегодня уже не считаются славянскими (Померания, Мекленбург, Пруссия идр.). Захватническая политика Гитлера явилась продолжением необъявленной, но непрерывной германо-славянской войны, длящейся с IV века. Таким образом, Вторая мировая война явилась кульминационной точкой в летописи славяно-германских отношений. А если говорить в этнополитических терминах — в полуторатысячелетней истории суперэтнического противостояния германцев и славян.
При этом сам Гитлер прекрасно понимал этот характер войны. Он никогда, начиная с “Майн кампф”, не скрывал, что именно экспансия немцев на славянские земли — его главная, заветная цель, основная задача на ближнюю перспективу. Между тем, фюрер был настоящим идеократом, провозглашённые им идеи и, если так можно выразиться, идейные мечты полностью владели им, определяли его поведение, целеполагание. Антиславянский пафос его устных и письменных выступлений носил не декпаративный, а истинный характер. В поисках жизненного пространства для немцев во всех нынешних и грядущих поколениях он всегда обращал свой взор только на восток, только на славянские земли — на Чехословакию, Польшу, Югославию и Россию. И никогда этого не скрывал1. Процитирую самые яркие мысли фюрера.
“Мы, национал-социалисты... хотим приостановить вечное германское стремление на юг и запад Европы и определённо указываем пальцем в сторону территорий, расположенных на востоке. Мы окончательно рвём с колониальной и торговой политикой довоенного времени и сознательно переходим к политике завоевания новых земель в Европе. Когда мы говорим о завоевании новых земель в Европе, мы, конечно, можем иметь в виду в первую очередь только Россию и те окраинные государства, которые ей подчинены”.
Ещё цитата из довоенного Гитлера: “Надо любыми средствами добиваться, чтобы мир был завоеван немцами. Если мы хотим создать нашу великую германскую империю, мы должны прежде всего вытеснить и истребить славянские народы... Нет никаких причин не сделать этого”.
Русских, как и вообще славян, Гитлер за людей не считал и участь им готовил незавидную. “Русский человек — неполноценен”, — определенно заявил он на совещании 5 декабря 1940 года в ходе подготовки плана “Барбаросса”. На совещании 31.07.40 г. в Бергхофе он пояснял: “Россия должна быть ликвидирована... Лучше подождать, но принять твердое решение уничтожить Россию... Цель — уничтожение жизненной силы России” (стенограмма). В архиве Национального совета по изучению архивов безопасности в Бухаресте хранится оригинал так называемой “записи о встрече” Адольфа Гитлера с вице-премьером правительства Румынии и министром иностранных дел Михаем Антонеску в Берлине 27 ноября 1941 года. Этот документ успешно введен в научный оборот2. Тогда Гитлер открыто заявил о планах геноцида славян: “Моя миссия, сказал фюрер, если я добьюсь успеха, заключается в том, чтобы уничтожить славянство”3.
Указанные установки Гитлера в полной мере проявились в ходе геноцида и этноцида русских, белорусов, украинцев, в культурной политике на оккупированных территориях Польши и СССР и т.д.
Под стать Гитлеру были убеждения и высказывания его ближайших соратников и полководцев. Не говоря уже о цинично людоедском плане “Ост”, варианты и подготовительные материалы которого сегодня тщательно исследованы, стоит вспомнить, что писал генерал-фельдмаршал Рейхенау в приказе по армии от 10.10.41 г. “О поведении войск на восточном пространстве”: “Основной целью похода против еврейско-большевистской системы является полное уничтожение её власти и истребление азиатского влияния на европейскую культуру... Никакие исторические или художественные ценности на востоке не имеют значения” (выделено мной. — А.С.). Интересно, что другие генералы и маршалы — Рундштедт, Браухич, Манштейн, Гудериан — распространяли этот текст почти без изменений, поскольку он, во-первых, соответствовал их представлениям о целях и методах войны, а во-вторых — отражал официальную установку, идущую с самого верха. Листовку с этим приказом нёс с собой в ранце каждый солдат вермахта, отправлявшийся на Восточный фронт.
Гитлеру вторил Гиммлер, к примеру, в речи перед высшими руководителями СС и полиции на юге СССР в сентябре 1942 г.: “В следующем году мы окончательно завоюем и те территории Европейской России, которые остались еще не занятыми... В ближайшие 20 лет мы должны заселить немцами германские восточные провинции от Восточной Пруссии до Верхней Силезии, всё генерал-губернаторство (т.е. Польшу. — А.С.); должны онемечить и заселить Белоруссию, Эстонию, Литву, Латвию, Ингерманландию (т.е. Ленинградскую, Новгородскую, Псковскую области. — А.С.) и Крым... Германский восток до Урала... должен стать питомником германской расы, так что лет через 400–500... немцев будет уже не 120 миллионов, а целых 500–600 миллионов”.
В том же духе высказывались и иные руководители Рейха. Многие подробности можно найти, в частности, в статьях и книгах4 автора этих строк, а также в материалах конференции “Геноцид русского народа в XX-XXI вв.”, проведённой в феврале 2005 года в стенах Института философии РАН под эгидой Национально-Державной партии России.
* * *
Гитлер, кстати, никогда не сомневался, что ведёт именно этническую войну. Но чаще акцентировал не столько антиславянский, сколько антиеврейский её аспект. Он до конца утверждал (например, в своём “Завещании”), что немецкий народ борется на два фронта, но против единого врага — евреев: против еврейского капитализма (Англия, Франция, США) и против еврейского коммунизма (СССР). И, таким образом, против мирового еврейства вообще.
Однако, как уже сказано выше, основным направлением германской экспансии были земли славян. Исключительно антиславянский пафос гитлеровской агрессии ярко демонстрирует тот факт, что следом за разделом Чехословакии в 1938 году, отобранием у Литвы Клайпеды (Мемеля) и вторжением в Польшу в 1939 году произошёл быстрый захват немцами Югославии весной 1941 года. После чего практически все европейские славяне, не входившие в СССР, оказались под немецким владычеством, под тевтонской пятой (Болгария и так уже была сателлитом Германии со времен Берлинского конгресса 1878 г., Словакия добровольно признала себя германским протекторатом и т.д.). После чего настала очередь для попытки захватить Россию, Украину и Белоруссию.
Подчеркну ещё и ещё раз: агрессия Гитлера, его захватнические планы изначально были направлены исключительно на славянские земли, расположенные к востоку от Германии. Западноевропейским державам нечего было опасаться: все свои мечты и нужды Гитлер с лихвой мог и должен был удовлетворить отнюдь не за их счёт. Вот лишь одно из множества свидетельств тому, но весьма значительное. Меньше чем за месяц до нападения на Польшу, 11 августа 1939 года, Гитлер заявил Верховному комиссару Лиги Наций профессору Буркхарду с предельной откровенностью: “Я ничего не хочу от Запада ни сегодня, ни завтра... Все намерения, которые приписывают мне на этот счёт, — досужие вымыслы. Но я должен иметь свободу рук на Востоке... Всё, что я предпринимаю, направлено против России. Если Запад слишком глуп, чтобы понять это, я буду вынужден добиться соглашения с Россией, разбить Запад, а затем, после его поражения, собрав все силы, двинуться на Россию”.
В дальнейшем всё произошло точь-в-точь по сказанному. Англия и Франция “некстати” вмешались в события, объявив Гитлеру войну. Это кончилось для них плохо. Однако после того, как Англия была разгромлена под Дюнкерком, а Франция, Норвегия, Бельгия, Дания, Голландия и Люксембург захвачены, Гитлер вернулся к осуществлению своей заветной мечты и бросился на Советский Союз. Он был уверен в своих силах. Настолько, что уже предвкушал, как будет осваивать оккупированные территории СССР, о чём свидетельствует история так называемого плана “Ост”5. В данном случае для нас интереснее всего “Замечания и предложения по генеральному плану “Ост” рейхсфюрера войск СС”, изготовленные Э.Ветцелем — начальником отдела колонизации 1-го главного политического управления “Восточного министерства” (высокий чин в ведомстве А.Розенберга). Документ подписан в Берлине, датирован 27.4.1942, на нём вполне заслуженно стоит гриф “Совершенно секретно! Государственной важности!” Подлинность текста Ветцеля сомнений не вызывает.
Самое главное для нас, русских, содержится в нижеследующем пассаже:
“Теперь можно с уверенностью сказать, что наши прежние антропологические сведения о русских, не говоря уже о том, что они были весьма неполными и устаревшими, в значительной степени неверны... Эта точка зрения ещё раз была подтверждена профессором доктором Абелем, бывшим первым ассистентом профессора Е.Фишера, который зимой этого года по поручению верховного главнокомандования вооружённых сил проводил подробные антропологические исследования русских... Абель видел только следующие возможности решения проблемы: или полное уничтожение русского народа, или онемечивание той его части, которая имеет явные признаки нордической расы”.
Итак, русских следовало уничтожить. Однако сам Ветцель не одобрил подобной меры в отношении русских: “Предложенный Абелем путь ликвидации русских как народа, не говоря уже о том, что его осуществление едва ли было бы возможно, не подходит для нас также по политическим и экономическим соображениям”.
Как же быть? Ведь надо же что-то с этими плодовитыми русскими делать?!
В таком случае нужно идти различными путями, чтобы рационально и эффективно решить русскую проблему. Эти пути вкратце заключаются в следующем:
А) ни о каком самоуправлении русских и речи быть не могло: всюду должна была распоряжаться немецкая администрация. Русских следовало децентрализовать и вернуть в состояние феодальной раздробленности, из единой русской нации снова, как в XII веке, налепить тверичей, курян, владимирцев, нижегородцев, москвичей...
Б) “Вторым средством, еще более действенным, чем мероприятия, указанные в пункте “А”, служит ослабление русского народа в расовом отношении. Онемечивание всех русских для нас невозможно и нежелательно с расовой точки зрения. Что, однако, можно и нужно сделать, так это отделить имеющиеся в русском народе нордические группы населения и произвести их постепенное онемечивание...
Важно, чтобы на русской территории население в своём большинстве состояло из людей примитивного полуевропейского типа. Оно не доставит много забот германскому руководству. Эта масса расово неполноценных, тупых людей нуждается, как свидетельствует вековая история этих областей, в руководстве... Вполне возможно сохранение германского господства в этом районе при условии, если мы сможем преодолеть такую биологическую опасность, как чудовищная способность этих примитивных людей к размножению”.
В) “Есть много путей подрыва биологической силы народа... Целью немецкой политики по отношению к населению на русской территории будет являться доведение рождаемости русских до более низкого уровня, чем у немцев...
Для нас, немцев, важно ослабить русский народ в такой степени, чтобы он не был больше в состоянии помешать нам установить немецкое господство в Европе. Этой цели мы можем добиться вышеуказанными путями...”
Перед нами документ, на коем незримо, но бесспорно стоит высшая проба гитлеровского государства. В отношении славян вообще и русских в частности он недвусмысленно подразумевает самый настоящий геноцид. Подробности инструктивного характера я опустил, они доступны в оригинале.
Немцам не удалось осуществить свои планы в полной мере. Однако урон, нанесеёный ими славянам, русским, был огромен.
Всё познается в сравнении. Достаточно взглянуть на сводку невозвратных потерь личного состава армий стран, участвовавших во Второй мировой войне на территории Европы, чтобы ясно увидеть биологический смысл этой бойни.
Англия и Франция потеряли на полях её сражений всего (да простится мне это негуманное, но точное в данном контексте слово): первая — 300000 чел., вторая — ещё меньше, 253000 чел. Общие потери США на Евро-Атлантическом театре военных действий составили лишь 183588 человек.
Принципиально иную картину видим мы в Третьем рейхе и СССР. Как резюмирует хорошо изучивший вопрос ректор Московского Гуманитарного университета И.М.Ильинский в статье “Правда о цене победы”: “Принято считать, что безвозвратные боевые потери Германии (убиты, умерли от ран и болезней, погибли в результате несчастных случаев, расстреляны по приговорам военных трибуналов, не вернулись из плена) за 1418 дней войны составили 8 млн 876,3 тыс. военнослужащих6, а вместе с потерями её союзников — 10 млн 344,5 тыс. человек. Безвозвратные боевые потери СССР за те же 1418 дней войны — 11 млн 444 тыс. человек, а вместе с потерями союзников (76,1 тыс. человек) — 11 млн 520 тыс. человек”7.
Но ведь потери несли не только армии, но и мирное население. И здесь сопоставление итоговых цифр просто потрясает! Совокупно Англия, Франция и США потеряли 507673 чел. мирных жителей. Третий рейх — в три раза больше: 1580000 чел. Ну, а СССР — вовсе несопоставимо большее количество: 15760000 чел. — в десять раз больше, чем немцы, на порядок больше! И в тридцать раз больше, чем союзники...
Все указанные обстоятельства, включая цифры невозвратных потерь, однозначно позволяют говорить о Второй мировой войне как, в первую очередь, о германо-славянской войне.
Именно этот этнический характер войны прекрасно понимали также и её англо-саксонские участники — англичане и американцы. Понимали и стремились использовать по-своему. Как? Об этом говорят выразительные высказывания руководителей Великобритании и Соединённых Штатов Америки.
К примеру, Рэндольф Черчилль, сын и помощник сэра Уинстона Черчилля, премьера Великобритании в 1940–1945 гг., признавался в своих мемуарах, что они с отцом неоднократно приходили к простой идее: “Идеальным исходом войны на Востоке был бы такой, когда последний немец убил бы последнего русского и растянулся мёртвым рядом”.
А вот задокументированное высказывание Гарри Трумэна, будущего президента США: “Если мы увидим, что выигрывает Германия, то нам следует помогать России, а если выигрывать будет Россия, то нам следует помогать Германии, и, таким образом, пусть они убивают как можно больше, хотя мне не хочется ни при каких обстоятельствах видеть Гитлера в победителях” (“New York Times”, 24.06.1941).
Вышеприведённые цифры потерь военного и гражданского населения Германии и СССР красноречиво свидетельствуют о том, что мечты лидеров англо-саксонского мира имели некоторые шансы на осуществление, и не их вина, что они не осуществились до конца.
* * *
Итак, этнический характер Второй мировой войны, как это следует из позиций и потерь её основных участников, вполне очевиден. В случае победы Германии он обернулся бы тотальным геноцидом славян, в первую очередь — русских. Частично этот геноцид уже признан в судебном порядке — в отношении жертв блокады Ленинграда. Продолжение судебного разбирательства следует.
Важно отметить, что под конец этой величайшей войны Иосиф Сталин тоже отлично понял её именно этнический, германо-славянский характер. Он смотрел глубоко в корень и видел самую суть вещей. 28 марта 1945 года в Кремле проводился торжественный обед в честь Э.Бенеша, президента только что воссозданной на освобожденных Красной Армией территориях объединенной Чехословакии. На приёме товарищ Сталин сказал удивительные вещи, которых никто не ожидал от него услышать: он предложил создать Союз славянских государств. И разъяснил свою идею:
“Мы, новые славянофилы-ленинцы, славянофилы-большевики, коммунисты, стоим не за объединение, а за союз славянских народов. Мы считаем, что независимо от разницы в политическом и социальном положении, независимо от бытовых и этнографических различий все славяне должны быть в союзе друг с другом против нашего общего врага — немцев.
Вся история жизни славян учит, что этот союз нам необходим для защиты славянства.
Вот возьмите хотя бы последние две мировые войны. Из-за чего они начались? Из-за славян. Немцы хотели поработить славян. Кто больше всех пострадал от этих войн? Как в Первую, так и во Вторую мировую войну больше всех пострадали славянские народы: Россия, Украина, белорусы, сербы, чехи, словаки, поляки”.
Сталин высказал мысль о том, что рано или поздно немцы оправятся от поражения и “чтобы немцам не дать подняться и затеять новую войну, нужен союз славянских народов”. И завершил выступление тостом “за союз и дружбу независимых славянских народов, больших и малых”8.
Сегодня это кажется невероятным. Как?! Давно ли большевики-ленинцы клялись в верности Третьему Интернационалу? Давно ли действовал во многих странах мира боевитый Коммунистический интернационал (Коминтерн), руководимый из Москвы, из Кремля? И даже официальным гимном СССР до 1944 года был “Интернационал”? И тут вдруг вместо всего этого — Союз славянских народов...
Что произошло? Почему в такой краткий срок, за какие-то два года (Коминтерн прекратил свое существование в 1943 году), Сталин так круто развернулся, так радикально переменил свои установки, пересмотрел свою позицию в международной политике, в мире? Перешел от “пролетарского интернационализма”, по сути дела, к панславянскому национализму?
Секрет прост: Сталин, вместе со всем нашим народом, за годы войны постиг простую истину и глубоко ею проникся: война носила этнический характер, это была война немцев против славян, против русских.
* * *
Находясь под автогипнозом собственной концепции Союза славянских государств, сложившейся, я думаю, не без влияния панславистских идей Н.Я.Данилевского, Сталин осуществил такое завершение Второй мировой войны, которое следовало из его новых убеждений. Напомню, что после разгрома немцев все славяне крупно выиграли. Украинцы получили Западную Украину, Закарпатье. Белорусы — Западную Белоруссию. Литовцы — Виленский край (бывшее владение князей Радзивиллов), столицу Вильнюс, ганзейский город Мемель (Клайпеду). Балканским славянам было подарено мощное единое государство Югославия в самом центре Европы. Чехи — получили в полную власть Судеты, откуда были изгнаны более 3 млн немцев; кроме того, чехи объединились со словаками в большое, сильное и процветающее государство. Полякам точно так же досталась очищенная от немцев Силезия, ганзейские города, а также значительная часть Восточной Пруссии. Ну, а нам, русским, досталась лучшая часть Восточной Пруссии с ее столицей Кёнигсбергом.
Выиграли, как видим, вполне зримо и материально, все славяне, принимавшие участие в войне с немецкими захватчиками, каждый народ получил свои дивиденды от единой, общей Победы. И выиграли немало. Перед нами величайшая победа мирового славянства над германцами, исторический перелом в полуторатысячелетнем противостоянии, грандиозный реванш, взятый славянами ценой, прежде всего, величайшего напряжения национальных сил русского народа в эпохальное четырехлетие 1941–1945 годов.
Сегодня ясно, однако, что Сталин увлёкся и переоценил позитивный потенциал панславистских идей. А в результате совершил ряд крупных геополитических ошибок. Во-первых, присоединил к УССР Галичину (Западную Украину), что в итоге обернулось для нас потерей всей Украины, распадом СССР и русско-украинской войной. Во-вторых, оставил в составе Литвы так называемый Сувалкский коридор, соединявший РСФСР с Калининградской областью, что в итоге обернулось для нас частичной блокадой Калининграда, русского эксклава, зажатого между прибалтийскими республиками и Польшей. В-третьих, передал Польше огромные земли, в том числе никогда ей не принадлежавшие, что в итоге обернулось появлением на наших границах большого и сильного мононационального и яро русофобского государства, несущего нам опасную угрозу.
Тем не менее этнический характер войны, германо-славянского противостояния ярко проявился также и в вышеуказанных благах и преимуществах, которые СССР как победитель раздавал “славянским братьям” как бы в вознаграждение за понесённые от немцев утраты. И ради возможного Союза славянских государств, в котором Сталин наивно видел надежную прививку от реванша германского суперэтноса.
2. Почему Европа ненавидит Россию и русских
Сегодня, наблюдая за событиями, развернувшимися на территории бывшей УССР и соотнося их с текущей политикой Европы (ЕС и НАТО, в первую очередь), мы в изумлении отмечаем два феноменальных явления:
— дружную европейскую поддержку откровенно фашистского, бандеровского киевского режима, хотя Украина ровным счётом ничего хорошего для Европы никогда не сделала, да и не может сделать, а киевский режим воинствующего укронацизма попросту непристоен и нерукопожатен с точки зрения всех европейских государств, ещё вчера проповедовавших и исповедовавших крайний демонстративный антифашизм;
— неугасимую и откровенную ненависть по отношению к России, не сделавшей, казалось бы, ровным счётом ничего плохого для Европы.
То и другое выглядит как нечто совершенно иррациональное, необъяснимое с позиций логики и здравого смысла. Кто такие украинцы для Европы? Родственники, близкие, друзья, соратники-союзники? Да ничего подобного! Казалось бы, нет никаких разумных оснований для их столь безоговорочной и ярой поддержки. И вообще русско-украинская война никаким образом Европы не касается.
Не менее поразительной выглядит и попытка обвинить Россию в агрессивных замыслах относительно каких-либо европейских стран, даже близко расположенных, типа Финляндии, Польши или Прибалтики. В то время как ни малейших доказательств планов российской экспансии в отношении Европы ни у кого нет, и они никем никогда не предъявлялись. Есть только успешные попытки пугать всех и самих себя в том числе фантомами “российской угрозы”.
То и другое, как уже сказано, — за гранью всякого разумного отношения к жизни, к истории и политике.
Но если ответа на это недоумение нет в сфере рационального, не поискать ли его в сфере эмоционального, нерассудительного? Почему Европа ненавидит нас с такой нездешней силой?
Вот тут и приходится вновь обращаться к истории Второй мировой войны и её результатам, потому что ответ, по мнению автора, кроется здесь.
* * *
Как нам всегда преподносили итоги Второй мировой войны и роль в ней Советского Союза и русского народа? Мы-де ценою огромных жертв и потерь “сломали хребет фашистской гадине” и спасли весь мир от “коричневой чумы”, за что нам все должны быть навечно благодарны. Однако вместо благодарности мы видим иррациональную вражду и противодействие по всем азимутам внешней политики и экономики России. В чём дело?
А дело в том, что европейцам не за что нас благодарить, ведь им всем (кроме славян) Гитлер обещал и нёс в реальности вовсе не зло, а благо. Как минимум мировое господство их арийской расы. Он был для них не врагом, а другом и героем. И европейцы уже тогда все это понимали и поддерживали Гитлера и Германию вполне сознательно и последовательно, по убеждению. А сегодня, созерцая собственную свою жалкую участь вырождающейся и вымирающей расы, они волей-неволей с тоской думают об упущенных возможностях, которые сулил им “душка” Гитлер, но навсегда отняли “злые” русские. Разве Гитлер допустил бы засилие еврейского капитала в европейской экономике? Разве при нём волны цветной миграции могли бы захлестнуть Европу? Разве он позволил бы арийцам скатиться в демографическую яму (Гитлер придавал определяющее значение фактору рождаемости)? Да никогда! И т. д.
Коротко говоря: Гитлер гарантировал европейцам (за исключением славян) подлинное “светлое будущее”, а русские у них его отобрали. Растоптали мечту. Именно поэтому вместо благодарности Европа питает к нам необоримую вражду и злобу, которые только растут год от года.
О том, как в действительности относились европейцы к Гитлеру, откровенно рассказывает история коллаборационизма в Европе. Вспомним вкратце, кто и как поддерживал гитлеровскую Германию во Второй мировой войне, сражался против советских “освободителей” не за страх, а за совесть9.
Среди сателлитов Германии — на первом месте Италия, Румыния и Венгрия, массово посылавшие свои войска воевать с СССР. Но это далеко не исчерпывающий список. Так называемую “Голубую дивизию” направила на фронт франкистская Испания (она воевала на Новгородчине и Псковщине), ведь недаром Гитлер поддержал Франко в гражданской войне. Порядка 150 бойцов в этой дивизии составили подданные Португалии. Сама эта страна в войне официально не участвовала, но её руководитель Салазар одобрил и поддержал от имени португальского народа нападение вермахта на нашу страну, а в дальнейшем всячески поддерживал Германию экономически. Португалия Салазара (Estado Novo) оказалась впоследствии единственной страной, справившей официальный двухдневный траур по Гитлеру, продемонстрировав редкостную лояльность к уже поверженному нацистскому вождю.
Очень показательна позиция Франции, которая попала в число победителей гитлеровской Германии только благодаря непреклонной воле Сталина, стремившегося уравновесить англо-саксонский элемент в стане союзников. Вопиющее недоразумение настолько бросалось в глаза, что фельдмаршал Кейтель, увидев французскую делегацию на церемонии капитуляции, не удержался от восклицания: “Как, и эти здесь?!” Как известно, Франция недолго сопротивлялась оккупантам и капитулировала всего после сорока дней войны. Напомню, что в целом во Франции в период оккупации действовал прогитлеровский режим Виши под руководством маршала Петена, и существовала руководимая Жаком Дорио партия PPF (Французская народная партия), во всём подражавшая НСДАП. При этом Франция поставила вермахту, если считать с полицейскими, служившими рейху, свыше миллиона бойцов. Для сравнения: в Сопротивлении у де Голля воевали примерно сто тысяч человек, то есть на порядок меньше, чем на стороне Гитлера. Характерно, что с самого начала Великой Отечественной войны французские добровольцы во главе с тем же Дорио создали спецподразделение, отчаянно сражавшееся против Советского Союза. В 1944 году отдельные французские легионы были объединены в дивизию СС “Шарлемань” (“Карл Великий”), которая билась в Белоруссии против советских наступающих войск. Когда в апреле 1945 года командир дивизии предложил всем желающим освободиться от присяги и вернуться во Францию, не менее 700 человек остались, чтобы довоевать до конца. Они присягали фюреру и до последнего защищали Берлин и непосредственно рейхсканцелярию, самоотверженно сражались против Красной Армии даже тогда, когда Гитлер покончил с собой и насельники его бункера разбежались. Этой стойкости, преданности французов изумлялись даже немцы10.
В Норвегии, которую менее чем за месяц с легкостью заняли германские оккупационные войска, уже 1 августа 1941 года был сформирован добровольческий легион СС “Норвегия”, стойко воевавший против нас на Ленинградском фронте. С Германией сотрудничал норвежский бизнес, сотрудничали журналисты и издатели, вообще интеллигенция, духовным лидером которой стал выдающийся писатель, нобелевский лауреат Кнут Гамсун, вывесивший на своем доме нацистский флаг11. Правительство Видкуна Квислинга (Nasjonal Samling), вставшее у руля страны, вело её прогерманским и вполне фашистским курсом вплоть до мая 1945 года. Всего в течение войны в Норвегии были мобилизованы около 15 тысяч человек, из которых 6 тысяч яростно сражалось на советско-германском фронте. Но что самое интересное, в годы оккупации несколько тысяч норвежских женщин родили детей от немецких солдат в рамках специальной программы — ведь они считались братьями по расе, это сближало.
Дания молниеносно, за несколько часов перешла под власть Германии 9 апреля 1940 года в ходе операции “Везерюбунг”. Сопротивления датчане практически не оказывали до конца войны. Зато две тысячи солдат Датского добровольческого корпуса СС “Данмарк”, состоявшего из датчан, погибли в боях на Восточном фронте против СССР12. Корпус, что немаловажно, содержался за счёт датского правительства, за его бойцами были сохранены все звания и привилегии военнослужащих. Необходимое вооружение поступало со складов датской королевской армии. Всего в 1941–1945 гг. в воинских частях и формированиях СС служили 6 тысяч датчан13. В феврале 1944-го они приняли участие в сражении за Нарву, получившем название “битва европейских народов” (поскольку против советских войск помимо немцев там воевали норвежцы, датчане, голландцы, валлоны, фламандцы, эстонцы). В январе 1945-го 11-я дивизия СС “Нордланд”, в составе которой воевали датчане, вела тяжёлые бои против советских войск в Померании. А в апреле 1945 года норвежский и датский полки были брошены на оборону Берлина, как и французы, где отчаянно сражались и капитулировали только 2 мая. Следует добавить, что в Дании действовала и пользовалась популярностью нацистская партия DNSAP во главе с Фрицем Клаузеном — точный слепок с германской НСДАП.
Весьма значительным было участие в войне на стороне Гитлера таких западноевропейских стран, как Голландия (Королевство Нидерланды) и Бельгия. Особо следует отметить, что в обеих этих странах существовало сильное национал-социалистическое движение, в Голландии — Корнелиса ван Гелкеркена и Антона Адриана Мюссерта, а в Бельгии — любимца Гитлера Леона Дегреля. Представители этих народов были идейно подкованы, хорошо понимали, за что воюют, и дали немалое число добровольцев.
Об участии голландцев и бельгийцев в войсках Германии наиболее подробные и обоснованные данные разместил в ноябре 2023 года в интернете историк коллаборационизма Кирилл Шишкин14. Приведу данные вначале по Голландии (Нидерландам).
Сразу же порядка 4000 голландцев вошло в состав Национал-социалистического мотомеханизированного корпуса (Nalionalsozialtstisches Kraftfahrkorps). Впоследствии это число удвоилось. Но этим дело не ограничилось. Уже в июле 1941 года на базе полка “Нордвест” был сформирован добровольческий легион “Нидерланды” (SS-Freiwilligen-Legion “Nederland”), а в сентябре 1941 года в 5-й танковой дивизии СС “Викинг” служил 821 голландец в составе группы армий “Юг”. Легион был в 1943 году развернут в 4-ю добровольческую бригаду СС “Нидерланды” (4.SS-Freiwilligen-Panzergrenadier-Brigade “Nederland”), наиболее известную, которая сражалась на Восточном фронте в составе группы армий “Север”; численность бригады на момент прибытия на фронт в 1944 году оценивается в 9342 человека.
Общее количество голландцев, служивших в войсках СС, большинством авторов оценивается в 25 тысяч человек, пишет Шишкин. Помимо войск СС, около 800 голландцев служило в сухопутных войсках вермахта, на флоте — еще 1500. Существовал также охранный батальон СС “Нордвест”, укомплектованный голландцами и имевший численность около 600 человек. Отдельно надо упомянуть Голландские СС (не путать с войсками СС) — это еще 3727 человек.
Голландцы охотно служили также в сформированной нацистами полиции (около 16 тысяч человек), в том числе 750 человек в специальном полицейском добровольческом батальоне СС “Нидерланды”. А кроме того — в полувоенных организациях, так или иначе вносивших свой вклад в войну на стороне Гитлера. В том числе 7500 голландцев служили в строительных частях СС, а еще 15000 юношей и 6000 девушек в Нидерландской рабочей службе (Nederlandse Arbeidsdienst), и порядка 4500 голландцев, причем вооружённых, в некоей службе технической помощи. Голландцами были укомплектованы 1-й, 5-й и 6-й транспортные полки люфтваффе. Наконец, вместе с Добровольческим легионом на Восточный фронт был отправлен госпиталь — 160 врачей, фельдшеров, санитаров, а также 1500 голландских девушек в качестве медсестёр.
В общей сложности насчитывается более сотни тысяч граждан Нидерландов, которые служили Третьему рейху, и служили ревностно. Известно, например, что около 300 из них погибло в одном только Сталинграде. Бились под Ленинградом, Нарвой, Ростовом, на Украине, под Будапештом... А 11-я добровольческая моторизированная дивизия СС “Нордланд”, в составе которой воевало немало голландцев, датчан и норвежцев, почти полностью полегла в боях за Берлин, отчаянно сражаясь с русскими вплоть до 2 мая 1945 года.
Теперь о Бельгии. Здесь нельзя пройти мимо такой колоритной фигуры, как Леон Дегрель, который уже в самом начале Второй мировой войны заявил о необходимости вхождения Бельгии в состав Третьего рейха. Впоследствии Дегрель станет ведущим идеологом общеевропейского коллаборационизма, будучи антикоммунистом и убеждённым сторонником национал-социалистического порядка. Еще в 1930 году он приступил к изданию консервативно-католического журнала “Christus Rex” (лат. “Царь Христос”), от которого произошло название Рексистской партии Бельгии, созданной Дегрелем и стоящей на позициях национал-социализма. В 1941 году Дегрель инициировал создание в составе вермахта Добровольческого батальона “Валлония”. В нём поначалу было 860 человек, но с 1 июня 1943 года батальон был передан из вермахта в войска СС и развёрнут в бригаду, которая стала официально называться штурмовой бригадой СС “Валлония”. Дегрель сам сражался в её рядах, пройдя путь от рядового до штандартенфюрера (полковника) СС, а затем, уже после гибели Гитлера, был Гиммлером произведен в бригадефюреры (генерал-майоры). После выхода из Черкасского котла в 1944 году Дегрель был тяжело ранен, но продолжал руководить своей частью. Лично награждая его за этот подвиг Рыцарским крестом Железного креста с дубовыми листьями, Гитлер заявил: “У меня нет сына. Но если бы он у меня был, я бы хотел, чтобы он был таким же, как вы”. Дегрель неоднократно был награждён германскими орденами и медалями. В конце 1944 года Дегрель был провозглашён главой коллаборационистского правительства Бельгии “Фламандско-валлонского комитета”, но — поздно, поскольку Бельгия уже сдалась на милость британо-американских победителей. После войны Дегрель через Норвегию бежал в Испанию, затем в Аргентину и вновь в Испанию, где сумел воссоединиться с женой, шесть лет отсидевшей в тюрьме, и всеми шестерыми детьми, розданными по разным опекунам (родители Дегреля умерли в плену в 1947 году). Умер своей смертью в Малаге.
Дегрель был, возможно, самым видным, но далеко не единственным из той когорты политических деятелей, которая возникла в разных странах Европы на почве увлечения национал-социализмом и веры в миссию Третьего рейха и лично Адольфа Гитлера. Петен во Франции, Квислинг в Норвегии, ван Гелкеркен и Мюссерт в Нидерландах, Клаузен в Дании, Зейсс-Инкварт в Австрии идр. Таких было много, и их убеждения были совершенно искренними. Тот же Дегрель, отвечая в интервью бельгийским журналистам на вопрос, сожалеет ли он о чём-нибудь в своей жизни, признался: “Я сожалею, что мне не удалось достичь намеченного, но будь у меня шанс, я бы всё повторил сначала”.
Дегрель был интеллектуалом, журналистом и писателем — им, в частности, написаны мемуары “Кампания в России”. Но плечом к плечу рядом с ним сражались и простые бельгийцы, как фламандцы, так и валлоны (дивизии СС: 27-я фламандская и 28-я валлонская). Исследовавший вопрос историк О.Д.Панков недаром написал: “Бельгию можно отнести к разряду наиболее лояльных гитлеровскому режиму государств”15.
Поскольку фламандцы, в отличие от валлонов, изначально считались почти чистокровными арийцами, то немцы формировали добровольческие части и соединения валлонов и фламандцев по отдельности.
Упомянутый выше Валлонский батальон в начале августа 1941 года был отправлен на Восточный фронт и бился в составе группы армий “Юг”, впервые вступив в бой против РККА 28 февраля 1942 года. В вермахте легион получил название 373-го пехотного батальона (Wallonische Infanterie-Bataillon 373). Участвовал в битве за Кавказ, в Прибалтике и Померании, на Украине под Днепропетровском и т.д. Три валлона и один фламандец были награждены Рыцарским крестом. Легион (впоследствии бригада, а затем и дивизия) неоднократно почти полностью выбивался противником (в частности под Нарвой), но каждый раз пополнялся и восстанавливался. В 1945 году дивизия в целом погибла на Восточном фронте, остатки сдались союзникам.
Помимо Валлонского батальона валлоны служили в Валлонской гвардии (Wallonische Garde) — 875 человек, и жандармерии — 500 человек, из которых около 600 было включено в состав 28-й дивизии СС. Еще не менее 150 валлонов были на службе в германском флоте, еще около 6000 валлонов служили в Национал-социалистическом мотомеханизированном корпусе и в составе 1-го, 5-го и 6-го транспортных полков люфтваффе. Наконец, около 52 тысяч валлонов служили в парамилитарной военно-строительной Организации Тодта, созданной перед войной в Германии и названной так Гитлером по имени её создателя.
Что касается фламандцев, они, как правило, сразу вступали в полк СС “Нордвест” либо в полк “Вестланд” дивизии СС “Викинг”. В октябре 1943 года на их базе (плюс новые добровольцы) была сформирована 6-я штурмовая бригада СС “Лангемарк”. В феврале 1945 года дивизия оказалась в Померании, где была полностью разгромлена.
Считается, что фламандцев в СС было около 13000, еще около 500 фламандцев были среди служащих германского флота. Но кроме того фламандцы служили и в вермахте, и в парамилитарных организациях типа Фламандской охранной бригады, Фламандской зенитной бригады, охранных частей сельского хозяйства, Полицейского батальона народно-гренадерской дивизии “Фландрия”, Фламандских СС (не путать с войсками СС) и т.п. В Организации Тодта служили около 30 тысяч фламандских работников и до 5 тысяч охраны, в иных трудовых службах еще 6-7 тысяч фламандцев.
Как и валлоны, фламандцы (3267 человек) служили в Национал-социалистическом мотомеханизированном корпусе и были в составе 1-го, 5-го и 6-го транспортных полков люфтваффе.
Наконец, существовал фламандский гитлерюгенд, из которого даже сформировали батальон для 27-й дивизии СС.
Не все названные подразделения принимали участие непосредственно в боевых действиях. Но суммарно на стороне Гитлера на советско-германском фронте воевали примерно 23000 бельгийцев. Это немало.
Финляндия сумела ловко пролавировать между историческими обстоятельствами и не оказаться под конец Второй мировой войны среди побеждённых. Но это не отменяет того факта, что она полноценно участвовала в войне против нас с 25 июня 1941-го по 27 апреля 1945 года на стороне гитлеровской Германии и коалиции стран Оси. Как и того, что финны активно участвовали в войне против СССР в качестве бойцов Финского добровольческого батальона СС непосредственно в армии рейха. Официально батальон был сформирован в мае 1941 года и получил название “Нордост” (Северо-Восток). С января 1942 года эти финны воевали на Восточном фронте в группе армий “Юг”, став третьим батальоном полка СС “Нордланд”. А когда Финляндия проиграла войну с СССР, закончившуюся в сентябре 1944 года так называемым Московским перемирием, многие финские военные (служившие как в СС, так и просто в финской армии) перешли линию фронта, сформировав по ту сторону роту финских эсэсовцев. Шеф СС Гиммлер отозвался о них так: “Там, где стоял финский эсэсовец, враг всегда терпел поражение”16.
В “нейтральной” Швеции наблюдался целый куст парапартийных организаций нацистского характера, а во время нападения Германии на СССР Швеция предоставила вермахту свои железные дороги для перевозки вначале немецкой 163-й дивизии с танками, пушками и боеприпасами. В дальнейшем эта практика развивалась. Всего в 1941–1944 годах перевезено до 2 млн немецких солдат и около 100 тысяч вагонов военных грузов17. Кроме того, в период Второй мировой войны в составе вооружённых сил Финляндии против СССР воевали также Шведский добровольческий корпус (1500 человек), Шведская добровольческая рота (за войну через неё прошло 1700 человек), летчики-добровольцы идр.18
В нейтральной Швейцарии действовал профашистский Nationale Front.
Не только Западная, но и Восточная Европа горячо и всеми силами поддержала Гитлера и Третий рейх. В Венгрии это вполне официально делал режим регента Хорти, а затем режим “Скрещённых стрел” Ференца Салаши. В Румынии — режим кондукэтора Антонеску, в Литве — “Железный волк” президента Сметоны, в Латвии — диктатура премьера Ульманиса, в Эстонии — фашистский Союз борцов за свободу (прибалты участвовали ещё и в парамилитарных организациях типа “Лесных братьев”, ведших партизанскую войну с советской властью). В феврале 1943 года была собрана 20-я Добровольческая дивизия СС из эстонцев. Немало латышей было среди защитников Берлина.
Поразительно, но и среди славянских народов нашлись охотники поддержать Гитлера, воевавшие под его знаменами, несмотря на то, что фюрер не скрывал своего отношения ко всем славянам как к неполноценным этносам. В Хорватии сторонниками Гитлера были режим поглавника Павелича и так называемые усташи, в Словакии — фашистская “Гвардия Глинки” с полноценными боевыми отрядами и так называемая “Быстрая дивизия”, в Болгарии — прогитлеровская диктатура короля Бориса III. Многие украинцы защищали Берлин.
Как ни удивительно, но даже в Польше в вермахт и другие организации пошло немало человек, готовых воевать с СССР (в том числе мобилизованные по призыву). Историк Чеслав Майданчик подсчитал, что около 5% польских граждан активно сотрудничали с оккупационным режимом. Причина, по-видимому, в том, что религиозно и культурно поляки причисляют себя к западноевропейской цивилизации, да и модель расового превосходства (“сарматская идея”) издавна применялась ими в отношении порабощённых малороссов и белорусов. Ну и, конечно же, тысячелетняя история войн с русскими ориентировала их вполне определённо.
Подведем итог. Всего в составе СС воевало около 2 млн представителей разных национальностей. Вот перечень стран Европы, официально сотрудничавших с гитлеровской Германией, поставлявших бойцов для войны с Советским Союзом и антигитлеровской коалицией: Италия, Испания, Португалия, Франция, Норвегия, Дания, Голландия, Бельгия, Финляндия, Швеция, Румыния, Венгрия, Словакия, Хорватия, Болгария. Выражали поддержку в различных формах солидарности Швейцария, Литва, Латвия, Эстония. Все эти страны и народы выстроились вслед за Германией и Австрией, чтобы охотно следовать курсом Адольфа Гитлера в новый мир, где их ждало положение хозяев жизни. Весьма солидный состав, во многом совпадающий с сегодняшней НАТО, не так ли?
Все они, без сомнения, понимали, что делали, и совершили в своё время осознанный выбор своего будущего, встав на сторону Третьего рейха. Это будущее рисовалось им весьма радужным. Но все их мечты, надежды и стратегические планы рухнули, были вдребезги разбиты Красной Армией. В этом, на мой взгляд, основная причина той иррациональной ненависти и вражды, которую Европа демонстрирует в отношении России. Как в целом, так и по частям, в том числе через позицию и политику НАТО и ЕС.
* * *
Завершить тему следует важным наблюдением.
Вторая мировая война в целом, как писалось выше, имела характер германо-славянского суперэтнического противостояния, была кульминационным моментом его полуторатысячелетней истории. Данное противостояние никуда не исчезло, как было — так и осталось. Но с течением времени его характер эволюционировал и заметно изменился. Сегодняшнее противостояние, проявляющееся в русско-украинской войне и сопутствующих ей обстоятельствах, — это уже противостояние между консолидированным Западом, куда на этот раз оказались включены почти все славяне, за исключением белорусов и, с большими оговорками, сербов, — и русским народом, Русским Миром. Эту войну справедливо именуют прокси-войной. Потому что она скрывает под оболочкой этнической русско-украинской войны — войну, которую ведёт вся западная цивилизация против России как своей контркультуры, своей культурной оппозиции. Видя в ней угрозу собственной идентичности и благосостоянию.
Таким образом, нынешняя война — дуалистична по своей природе. Поскольку, если смотреть со стороны Запада, это война цивилизационного свойства, прямо-таки по Сэмюэлю Хантингтону19. В ней отчётливо просматривается также мотив реванша, попытка всей Европы свести с русским народом счёты за разгром гитлеровского рейха20. Это реванш со стороны не только Германии, но и всех, кто связывал с нею когда-то свою мечту о лучшей жизни, о “светлом будущем”. И в этом отношении текущая прокси-война является прямым продолжением как Второй мировой, так и, в ещё большей степени, Великой Отечественной войны.
Ну, а если смотреть со стороны России — это война не только Отечественная, но и этническая, направленная конкретно против русского народа.
3. Почему Англия воевала против Гитлера
Как читатель только что убедился, на стороне Гитлера выступила в определенный момент практически вся Европа, включая даже побеждённых в войне Францию и Польшу. Но в этой коалиции, как ни странно (и в отличие от сегодняшней ситуации), не принимала участия Великобритания, от начала и до конца Второй мировой войны остававшаяся непримиримым врагом Германии и лично Гитлера. Спрашивается, почему?
Это обстоятельство представляется тем более странным, что в Англии сторонников Гитлера и его идей было поначалу больше, чем противников. Историкам хорошо известно, например, о резко антисемитской Британской Имперской фашистской лиге и её главе Арнольде Лизе. А ещё более популярный и не менее антисемитский Британский национальный союз, возглавляемый аристократом Освальдом Мосли, насчитывал в Англии 1930-х годов едва ли не больший процент своих сторонников, чем НСДАП в Германии перед приходом к власти — своих21. Правительство недаром вынуждено было изолировать девять тысяч (!) наиболее активных членов БНС и упрятать в тюрьму самого Мосли, как только началась война с Германией: в этой войне английские нацисты вполне могли принять сторону противника. Что они, кстати, и делали: в марте 1945 года в состав ваффен-СС был введён Британский добровольческий корпус, состоявший из английских военнопленных (они участвовали в обороне рейхсканцелярии). Словом, английский фашизм был мощным и очень распространённым явлением, и идея союза, а не вражды с Германией была весьма популярна в те годы в Англии.
Особенно эта идея набрала вес перед броском Гитлера на Польшу. Его “Майн кампф” к тому времени уже прочла вся политически грамотная Европа. И наиболее дальновидные из английских политиков понимали, что Германия делает очередной шаг по пути того “Дранг нах остен”, который был твёрдо обещан всем читателям и почитателям Гитлера в главной книге его жизни. Теперь как Польша, так и Советская Россия должны были встать на очередь в планах германских агрессоров, и европейцам оставалось только ждать, сложа ручки, когда “две гадины”, оказавшись лицом к лицу без всякого буфера, наконец, начнут “жрать друг друга”. Неудивительно, что такие солидные, респектабельные газеты, как “Таймc”, “Обсервер”, “Дейли экспресс”, “Дейли мейл” и др., ежедневно писали о целесообразности и безальтернативности политики “умиротворения”, поддерживали курс на сотрудничество с гитлеровской Германией.
Поэтому кабинет, заслушав Чемберлена по поводу “Мюнхенского сговора”, принял решение согласиться с требованиями Гитлера. Это было коллективное мнение правительства, решение не Чемберлена — отдельной личности, — а государства Великобритании. В высшей степени показательной можно считать ратификацию мюнхенской договорённости парламентом: она была одобрена 366 голосами против 144. Даже часть лейбористской оппозиции поддержала Чемберлена, выражая “чувство глубокого удовлетворения по поводу того, что войну на какое-то время удалось предотвратить”22. И только трое депутатов, чьи надежды на возвращение в правительство всецело были связаны с войной, продолжали публично злобствовать против премьер-министра: Уинстон Черчилль, Энтони Иден и Дафф Купер23. Лично Черчилль даже выступил как подлинный “гарант войны”, пообещав, довольно оскорбительно, всего через три дня после Мюнхена: “Англии был предложен выбор между войной и бесчестием. Она выбрала бесчестие и теперь получит войну”.
И в дальнейшем под бешеным нажимом, напором Черчилля и его “партии войны” Англия неуклонно сползала к войне с Германией, несмотря на господство профашистских и антисемитских настроений в самой себе.
Почему Чемберлен, вынужденный в конце концов объявить Германии войну от лица Англии, тут же назначил своего главного политического оппонента Черчилля первым лордом адмиралтейства, на ту самую должность, которую тот как никуда не годный военный с позором покинул в 1915 году? Почему, как только Чемберлен покинул свой пост, 10 мая 1940 года на должность премьера оказался триумфально возведён королем Георгом Шестым все тот же Черчилль?
Потому что к концу 1930-х годов все от простого солдата до короля в Соединённом Королевстве уже знали, как “Отче наш”: война — это Черчилль, Черчилль — это война. Не как лидер победившей на выборах партии, а как лидер “надпартийной партии войны”, как человек, известный своей непоколебимой решимостью воевать до конца, занял Черчилль высший пост в государстве военного времени.
Он это заслужил. Зная наверняка, что немецкий фюрер мечтает не о войне, а о союзе с Англией, Черчилль, однако, годами нагнетал параноидальный страх перед Германией24. Страх, который в конечном итоге подчинил себе все слои английского общества — от короля и членов парламента и до последнего обывателя — и обернулся в массовом сознании тем, что психологи называют “оборонительной агрессией”. Умно или нет, но Черчилль действовал безоглядно, настойчиво, неотступно, яростно, вкладывая всю свою незаурядную энергию в подготовку войны с Гитлером.
Почему и зачем Черчилль принял на себя роль локомотива Второй мировой войны, её “отца”? Что он сделал для того, чтобы война стала реальностью, втянув в свою воронку десятки стран и сотни миллионов людей?
Мотивировка его деятельности яснее ясного выражена в личном письме сыну Рэндольфу от 13 ноября 1936 года. В котором сэр Уинстон объяснил, что в основе идеологической позиции Антинацистской лиги, которую он недавно помог учредить, “лежало неприятие чудовищных преследований евреев, учинённых нацистами”25.
К этому добавить почти нечего. Преданность делу евреев и сионизму, защита их интересов зашла у Черчилля к началу 1930-з гг. уже слишком далеко. Она стала частью его жизненной программы, руководила его мыслями и поступками.
Мировая англосаксонская общественность отнюдь не торопилась осудить и покарать Германию за антиеврейскую политику. Но Черчилль никогда не считался с естественной юдофобией английских масс и вёл свою персональную войну с Гитлером как ни в чём не бывало, без оглядки. Ради того чтобы защитить евреев, польских в первую очередь, Англия должна была вступить в войну с Германией. Это стало идеей фикс Черчилля. Находившийся под сильным влиянием Всемирной сионистской организации Хаима Вейцмана и других еврейских политиков и банкиров (Ротшильда, в первую очередь), полностью зависящий от еврейских денег и еврейского благоволения, увлечённый собственным мифом о евреях, Черчилль не мог поступать иначе.
Разразившаяся в ноябре 1938 года в Германии “Хрустальная ночь” (всегерманский еврейский погром с последующими экономическими репрессиями против евреев) показала, что ждёт польскую трёхмиллионную — самую большую в мире — еврейскую общину в случае захвата Польши немцами. В этом секрет того, что Англия немедленно объявила войну Германии после её вторжения в Польшу в 1939 году. Не поляков, чья малоосмысленная политика всех только раздражала, бросились спасать “добрые” Англия и Франция. А три миллиона польских евреев, над которыми нависла смертельная угроза — от тотального разгрома, разграбления и до возможного уничтожения. Только такое понимание сразу всё делает логичным и объяснимым, ставит всё на свои места.
В свете сказанного становится до конца понятной реплика злосчастного британского премьер-министра Невилла Чемберлена, который, как свидетельствует его друг, американский посол Джозеф Кеннеди, однажды проговорился, что “американцы и евреи втянули его в эту войну”. Чемберлен не расшифровал это скорбное признание, он унёс свои секреты в могилу. Во всяком случае, мне не удалось найти его откровений на сей счет. Вряд ли мы когда-нибудь узнаем подробности о том, как происходило это “втягивание”26.
Ну, уж если такое важное признание насчет роли евреев в развязывании войны прозвучало от самого Чемберлена, который до последней возможности пытался сохранить мир с Гитлером, то что же тогда говорить о всецело зависимом от евреев Черчилле, который все предвоенные годы только и делал, что наотмашь критиковал миротворца-Чемберлена, громил и честил на все корки Гитлера, всячески давил на правительство и призывал Англию готовиться к войне с Германией?! К 1939 году он возглавлял в английском парламенте самую ярую оппозицию Чемберлену среди консерваторов, в составе примерно 60–70 человек, которая требовала не только подготовки к войне, но и заключения антигитлеровского военного союза с Францией и СССР, а Чемберлена периодически подвергала травле. Эта относительно немногочисленная группа была, однако, настоящей клакой, владевшей в том числе непарламентскими способами выражения своего мнения и обладавшей мощными связями с общественными организациями и средствами массовой информации тогдашней Англии. Это были, выражаясь современным языком, мастера пиара, среди которых на первом месте был сам Черчилль. По мере надобности они включали свои политические механизмы.
Последующие события, неуклонно сдвигавшие мир к катастрофе, столь же неуклонно продвигали самого Черчилля к вершинам власти и могущества. Определяющая роль Черчилля во внутрианглийской борьбе за развязывание войны выявилась вполне и во всём масштабе именно при его назначении вначале первым лордом адмиралтейства, а там и премьером воюющей страны. Когда понадобился самый энергичный, деятельный человек, для которого война с Гитлером уже задолго до войны стала едва ли не главным содержанием всей жизни, выбор пал на него. Во всей Великобритании не нашлось никого, кто мог бы потягаться с сэром Уинстоном в этом плане.
Итак, Англия устремилась ко Второй мировой войне вслед за Черчиллем, которым двигала его симпатия к евреям и экзистенциальная зависимость от них, материальная и политическая.
Англия сполна расплатилась за этот свой выбор. Непосредственно в ходе войны она не претерпела того показательно-унизительного разгрома и поражения, который выпал на долю Франции, — на землю островитян так и не вступила нога вражеского солдата, она не была оккупирована, не капитулировала. Но в итоге пострадала гораздо сильнее. Она вошла во Вторую мировую войну великой мировой державой и даже сверхдержавой, владычицей морей и множества стран (не только колоний); её богатство было сказочным, а военные или военно-морские базы охватывали своим контролем едва ли не весь мир. А вышла из войны жалким обсоском, растерявшим своё богатство и военно-морские базы, вынужденно открывшим свои колонии для хищных США, а потом и вовсе их утратившим. Людские потери были относительно невелики (порядка всего 300 тысяч человек убитыми). Но невозвратные расходы на войну превысили 25 миллиардов фунтов стерлингов. За годы войны Англия потеряла четверть своего национального богатства, подорвала свою экономику, основы благополучия и свои витальные силы. В общей сложности на Британскую империю пришлось 63% “американской помощи” (примерно на 30269000000 долларов), за которую она расплатилась всей своей судьбой. Её отныне ждал экономический, военный и демографический упадок. С конца 1940-х годов употреблять наименование “Великобритания”, на мой взгляд, можно было уже только в ироническом смысле. О подлинном величии речь больше не шла.
Конечно, англичане не могли не чувствовать и не понимать, что Черчилль связан с евреями, которым мирволит по любому поводу везде и всюду, а их, англичан, интересы блюдёт лишь по остаточному принципу. Возможно, это послужило одной из причин, по которым народ провалил его на выборах и выкинул из политики уже в июле 1945 года во время Потсдама — делёжки плодов Победы. “Я чувствую себя очень одиноким без войны”, — говорил Черчилль своему личному врачу лорду Чарльзу Морану в первые послевоенные дни. Но война, похоже, всегда была с ним, где бы, кем бы и с кем бы он ни был...
* * *
Возвращаясь к начальному тезису об этническом характере Второй мировой войны, вновь подчеркну, что этот характер был двоякого рода. С одной стороны, мы имеем еврейско-немецкую войну, а с другой — славяно-германское противостояние. При этом практически вся Европа была на стороне немцев и только Великобритания — на стороне евреев и, исключительно по этой причине, на стороне славян. И то весьма условно, учитывая, что уже в конце войны Черчилль задумал и разработал план операции “Немыслимое”, готовя нападение на Красную Армию и СССР, которое должно было осуществляться, в том числе, руками немецких военнопленных, заново вооружённых для этой цели вчерашними нашими союзниками27. Трумэну хватило ума воздержаться от участия в данной авантюре, но винить Черчилля в том, что война англо-саксонского мира с Советской Россией не состоялась, не приходится. А вскоре на карте мира появилось государство Израиль, которое, вопреки расчётам Сталина, стало сателлитом не СССР, а США. Таким образом, победоносный англо-еврейско-советский союз распался, не успев сложиться.
Сегодня особенность текущей политики в том, что и евреи, и англичане, в отличие от войны 1941–1945 гг., уже отнюдь не являются нашими союзниками. Англия жёстко противостоит нам в составе объединённой Европы и НАТО, Израиль в прокси-войне поддерживает Украину оружием и советниками. Больше того: славянский мир сегодня в своём большинстве (Польша, Чехия, Украина, Болгария, балканские славяне, за вычетом сербов) тоже не на нашей стороне. Нет больше Советского Союза, и ряд бывших советских республик стал фактором не силы, а слабости нашей. Раскол антироссийской коалиции, случившийся в результате прихода в Белый дом президента Дональда Трампа, несколько облегчает наше положение, но не даёт повода расслабляться.
Все названные обстоятельства ко многому нас обязывают. Мы должны ясно видеть и понимать, что этническая война, разразившаяся в 1939–1945 годы в Европе и принесшая нашей стране чудовищные потери, сегодня нашла своё продолжение и, всемерно усугубившись, вновь чревата для нас неприемлемыми последствиями. Это именно антирусская война, которую ведёт против нас коалиция из 54 стран. И она не пройдёт сама собой и потребует от нас максимального напряжения всех сил, чтобы завершить её Победой, как восемьдесят лет назад. Это вопрос жизни и смерти русского народа. Компромиссы неуместны.
ПРИМЕЧАНИЯ
1 А. Гитлер. Моя борьба. М., Витязь, 2000. С. 110–118, 196, 517, 544–549, 555-556, 560–565 и др.
2 Полный текст переговоров нашёл и перевёл на русский язык эксперт РВИО, руководитель проекта "Цифровая история" Егор Яковлев.
4 С е в а с т ь я н о в А. Время быть русским. М., Яуза, 2004; О н ж е. Победу не отнять! Против гитлеровцев и власовцев. М., Алгоритм, 2010.
5 Эта история подробно изложена мною в книге "Победу не отнять! Против гитлеровцев и власовцев". М., Алгоритм, 2010.
6 Наибольшая часть полегла, как известно, на Восточном фронте. — А. С.
7 http://www.lgz.ru/article/-18-6508-6-05-2015/pravda-o-tsene-pobedy/
8 Сталин И. В. Cочинения. Т. 18. Тверь: Информационно-издательский центр "Союз", 2006. С. 359–363.
9 Рекомендую по теме: Дробязко С. И. Под знамёнами врага. Антисоветские формирования в составе германских вооружённых сил, 1941–1945 гг. М., изд-во "ЭКСМО", 2004.
10 https://dzen.ru/a/Zwz6TrTIRn6olXJI#chast_pervaya_poslednie_zaschitniki_gitler.
11 Узнав в 1945 году о самоубийстве Гитлера, Гамсун почтил его память некрологом, где назвал фюрера "борцом за права народов".
12 Poulsen, N. B.; Smith, P. S. Under hagekors og Dannebrog: danskere i Waffen SS 1940–45 (датск.). Aschehoug, 2006; Вторжение немецко-фашистских войск в Данию и Норвегию // История Второй мировой войны. 1939–1945. В двенадцати томах.. Воениздат, 1974. Т. III.
13 Семиряга М. И. Коллаборационизм. Природа, типология и проявления в годы Второй мировой войны. М.: РОССПЭН, 2000.
14 Шишкин К. Сколько же голландцев воевало за Гитлера. Https://dzen.ru/a/ZUefgkcljVI88YJD; Ш и ш к и н К. Сколько же бельгийцев воевало за Гитлера. Https://dzen.ru/a/ZUks4Ol92ktG8Ypw.
15 Панков О. Д. "Бельгийские легионеры на советско-германском фронте. // Военно-исторический журнал.. 2022. № 6. С. 44.
16 Jokipii, Mauno: Hitlerin Saksa ja sen vapaaehtoisliikkeet: Waffen-SS: n suomalaispataljoona vertailtavana. Helsinki: Suomalaisen Kirjallisuuden Seura, 2002. —Р. 158–160.
17 Кан А. С. Швеция и Россия в прошлом и настоящем. М., 1999. С. 205-206.
18 Dahlberg, Hans. I Sverige under 2:a världskriget. Stockholm: Bonnier fakta, 1983.
19 Huntington, Samuel P. The Clash of Civilizations? Foreign Affairs, Vol. 72, № 3 (Summer 1993), pp. 22–49.
20 Не случайно оба наиболее яростных русофоба в сегодняшнем немецком истеблишменте — бывший канцлер Олаф Шольц и бывшая министерша иностранных дел Анналена Бербок — являются внуками эсесовцев. Нынешний канцлер Мерц — внук видного функционера НСДАП, одного из идеологов нацизма. Иными словами, руководство сегодняшней Германии формируется отъявленными реваншистами.
21 Черчилль в мемуарах отмечал: "Было известно, что в то время в Англии имелось двадцать тысяч организованных германских нацистов", в связи с чем он пригласил личного телохранителя и сам не расставался с пистолетом. В 1938 г. британские фашисты насчитывали 3 тыс. активных и 15 тыс. неактивных членов (С. Gross. The Fascists in Britain. London, 1961. Р. 131).
22 "The Times", October 5, 1938.
23 В военное время их расчёты полностью оправдаются: Черчилль станет премьер-министром, Иден — министром иностранных дел, Купер — министром информации.
24 В 1935 году британский посол в Берлине сэр Эрик Фиппс переслал в "Форин офис" статью, написанную лондонским корреспондентом центрального органа нацистской партии, газеты "Фолькишер беобахтер", в которой говорилось: "Стоит только Черчиллю открыть рот, как можно биться об заклад, что оттуда польются нападки на Германию". А когда еврейский террорист Гершель Гриншпан застрелил в Париже немецкого дипломата Эрнста фон Рата, то печатный орган министра пропаганды доктора Геббельса газета "Ангрифф" вышла с заголовком "Работа международного провокатора: прямая линия от Черчилля до Гриншпана". Весьма проницательно!
25 Гилберт М. Черчилль и евреи. М., Мосты культуры, 2013. С. 174.
26 Известная книга "Chamberlain, N. The struggle for peace" (London. [1939]) не проясняет эту ситуацию. И книги типа "Чемберлен и евреи", подобной книге Гилберта о Черчилле, пока не написано. Однако не подлежит никакому сомнению, что Чемберлен, долгое время занимая пост министра финансов в правительствах Д. Макдональда, а затем и С. Болдуина, теснейшим образом общался с еврейскими финансистами и предпринимателями, может быть, более тесно, чем даже Черчилль.
27 См. об этом, например: Фалин В. М. О связи времен и взаимосвязи идей. Слово, 14–27.12.2012, № 47-48. Сегодня информация об этом плане уже широко распространена и общеизвестна.